О нас
Новости
Аналитика
Консалтинг
Контакты
Консалтинг

WorldSteel пересматривает прогноз: мировой спрос на сталь

нащупывает дно

Всемирная ассоциация производителей стали (WorldSteelAssociation, WSA) опубликовала
14 апреля 2026 г. очередной краткосрочный прогноз, согласно которому мировой спрос на сталь в 2026 г. вырастет лишь на 0,3% – до 1724 млн т, а в 2027 г. рост ускорится до +2,2%, достигнув 1762 млн т. Тем самым ассоциация фиксирует прохождение циклического минимума потребления стали в период 2025–2026 гг. и умеренный разворот к росту.
Комментарий аналитиков ЦНИИчермет:
Показательно, что краткосрочный прогноз в апреле 2025 г. не был выпущен вообще, что объяснялось отсутствием возможности сделать прогноз последствий для мирового потребления стали вводимых США на тот момент глобальных пошлин. Данный факт отражает масштаб неопределенности, с которой столкнулась организация. Таким образом, принципиально важно сопоставить текущий краткосрочный прогноз WSA с предыдущим октябрьским прогнозом 2025 г. Тогда ассоциация ожидала роста спроса уже в 2026 г. на 1,3% (до 1772 млн т). Новая оценка всего
в +0,3% (1724 млн т) означает понижение прогноза почти на 50 млн т. Это существенная корректировка, свидетельствующая о том, что восстановление глобального рынка оказалось более медленным, чем предполагалось полгода назад.
Главными факторами пересмотра выступили: неожиданно глубокое падение спроса в Китае
в 2025 г. (–7,1% по официальной опубликованной сейчас цифре против прогнозных –2,0%), эскалация военного конфликта на Ближнем Востоке и торговые ограничения, затронувшие экспортно-ориентированные производства.
Само по себе расхождение в прогнозном и фактическом падении спроса в Китае по итогам 2025 г. – крупнейшая ошибка краткосрочных прогнозов WSA за последние годы, что говорит в пользу высокой неопределенности и текущих оценок. Ассоциация прогнозирует падение спроса в КНР дополнительно до –1,5% в текущем году со стабилизацией лишь в 2027 г. Это согласуется с динамикой производства: так по итогам 2025 г. Китай выплавил 960,8 млн т стали – впервые
с 2020 года опустившись ниже символической отметки в 1 млрд т. Стабилизация строительного сектора и умеренный рост инфраструктурных инвестиций способны поддержать внутренний спрос. Критически важным видится и фактор того, что снижение внутреннего потребления не означает одновременного снижения присутствия китайской стали на мировом рынке. По данным Генеральной таможенной администрации КНР, экспорт продукции по итогам 2025 г. превысил
133 млн т, превысив показатель 2024 г. на 14,0% и став новым рекордом. Вместе с тем предварительные данные за I кв. 2026 г. фиксируют определённую коррекцию: объём отгруженного готового проката снизился почти на 10% к аналогичному периоду 2025 г., что может отражать как эффект высокой базы рекордного года, так и нарастающее торговое сопротивление со стороны ключевых рынков-импортёров. При этом структура выпуска смещается в сторону плоского проката высоких переделов, что усиливает конкурентное давление на производителей стали в ЕС, Японии и Корее.
Прогнозируемые темпы роста спроса на сталь в Индии в +7,4%в 2026 г. и в +9,2% в 2027 г. делают её единственным крупным рынком с устойчиво высокой динамикой на горизонте краткосрочного прогноза. Примечательно, что в октябре 2025 г. WSA прогнозировал для Индии +9% ежегодного роста в следующие два года и апрельская оценка в целом подтверждает данный тренд, хотя и несколько корректирует его в сторону снижения на текущий год. По итогам 2025 г. Индия потребила 151 млн т стали (+69,7% к 2020 г.), обгоняя по данному показателю совокупное внутренне потребление США и Японии второй год подряд. При этом важен контекст – Индия реализует государственную программу капиталовложений в инфраструктуру объемом порядка
130 млрд долл. в год, что обеспечивает предсказуемый и долгосрочный спрос на арматуру, конструкционный прокат и трубную продукцию. Параллельное расширение автомобильного рынка и железнодорожной инфраструктуры усиливает спрос на плоский и специальный прокат.
Суммарный спрос развитых стран в 2025 г. вырос на 0,2%, прервав трехлетнее непрерывное снижение. В 2026–2027 гг. ожидается ускорение динамики до 1,0% и 2,3% соответственно.
Вместе с тем необходимо трезво оценивать масштаб восстановления: даже при таких темпах рынок развитых экономик остается примерно на 60 млн т (15%) ниже уровней 2017–2018 гг. Таким образом, речь идет не о восстановлении, а о стабилизации на структурно более низком уровне.
WSA выделяет военный конфликт на Ближнем Востоке как системный риск снижения прогноза, способный при затяжном конфликте (продолжение после II кв. 2026 г.) потребовать существенного пересмотра оценок для региона. Государства Персидского залива на протяжении последних лет демонстрировали высокие темпы роста потребления стали. В частности, Саудовская Аравия
в 2025 г. нарастила производство стали на 12,3% до 10,8 млн т, одновременно выступая и одним из крупнейших в мире импортеров. Реализация инфраструктурных мегапроектов в регионе при дальнейшей эскалации окажется под угрозой.
Прогнозируемый рост потребления стали в Африке +3,8% в 2026 г. и +4,6% в 2027 г. отражает качественное изменение роли континента на мировом рынке. Устойчивость позитивной динамики обусловлена долгосрочными структурными процессами: ускоренной урбанизацией, масштабными инфраструктурными проектами в рамках национальных программ развития и диверсификацией экономик крупнейших стран-потребителей стали (прежде всего Египта, Эфиопии и государств Западной Африки).
Апрельский краткосрочный прогноз WorldSteel подтверждает, что мировой рынок стали проходит структурное дно, но восстановление ожидается более медленным и асимметричным, чем предполагал аналогичный прогноз от октября прошлого года. Если полгода назад ассоциация сохраняла «осторожный оптимизм» и рассчитывала на синхронное оживление в Китае, ЕС и на развивающихся рынках, то сегодня позитивная динамика прогнозируется преимущественно азиатскому и африканскому регионам –
на фоне стагнации в развитых экономиках и высокой неопределенности на Ближнем Востоке. Горизонт уверенного роста по-прежнему смещается к 2027 г. и лишь при условии снижения ключевых геополитических и торговых рисков.